Бизнес на льду или свечной заводик семейства Трутнева

03.03.2013

О коррупционной, как мы считаем, схеме с участием семейства Трутневых, московских чиновников и сотрудников Минприроды в СМИ рассказывалось не раз, например, в статье «Как Трутнев нахимичил с тендерами». Ниже приведена схема взаимодействия всех участников коррупционного процесса.

В бытность главой Минприроды Юрий Трутнев взял под свой контроль УЗПМ и использовал административный ресурс, чтобы навязать его продукцию Москве и другим городам. Начиналось в того, что сын экс-министра вместе с тогдашним директором «СБГ-Трейдинг» и акционером УЗПМ Рустамом Гильфановым объезжал города России и вел с их руководством переговоры о заключении договора на поставку ПГМ производства УЗПМ (Екатеринбург, Казань, Ульяновск, Самара, Уфа).

Связь Минприроды с УЗПМ отражена в официальных документах. В сезон 2007/2008 и 2008/2009 гг. реагенты УЗПМ Москва не закупала, а пользовалась отработанной технологией «3:1» (три части жидких ПГМ и одна часть твердых для низких температур). Это вызвало гневную реакцию Минприроды. Подчиненные Юрия Трутнева обратились с жалобой в Генпрокуратуру. Главная претензия − «существенно расширен температурный диапазон возможного использования жидких противогололедных реагентов», то есть предпочтение отдается жидким ПГМ, а не твердым производства УЗПМ. Но какое отношение имеет Минприроды к технологии зимнего содержания дорог? Согласовали реагент по линии охраны природы – и все. А сколько и каких реагентов используется, Минприроды волновать не должно, это дело ГИБДД и дорожных служб. Другой причины гнева Минприроды, кроме материального интереса семейства Трутневых, придумать невозможно.

Законодательное прикрытие коррупционной, по нашему мнению, схемы в столичном ЖКХ обеспечивает зампред комитета Госдумы Максим Шингаркин, самый бедный депутат Госдумы. В 2011 году он задекларировал годовой доход в 99 тысяч рублей. Эколог Шингаркин, везде пропагандирует продукцию УЗПМ и следит, чтобы законодатели случайно не приняли документы, обязывающие все реагенты проходить натурные испытания. Фактически, вся коррупционная схема построена на отсутствии реальной экспертизы входного контроля. Свою пропаганду Шингаркин строит опираясь на несуществующий фонд «Гражданин», который, якобы, он представляет и который «тщательно следит за соблюдением применения московской «Технологии»». Если задаться целью обнаружить следы деятельности этого фонда, то они приведут к сайту в Интернет, умершему в середине 2011 года, без контактов, людей и этой самой «деятельности».

После ухода Юрия Трутнева из Минприроды за интересами УЗПМ от министерства присматривает Ринат Гизатуллин. Он знаком с Юрием Трутневым еще со времен работы главредом газеты «Коммерсантъ-Прикамье» (Трутнев был губернатором в Перми). Вслед за Трутневым перебрался в Москву. Сначала был простым корреспондентом в «Ъ», позже ушел в чиновники в МПР, где за 6 лет поднялся до уровня замминистра. Отвечает за разрешительные документы по линии соликамских отходов, используемых для изготовления реагентов УЗПМ. Независимая журналистика из кредо Гизатулина превратилась в большую помеху его деятельности. Зато коллеги по цеху со смехом вспоминают, что главным навыком при ассимиляции в Москве провинциальный журналист Ринат Гизатулин считал умение есть палочками в японских ресторанах. Палочки все время сбивались и суши падали на штаны, пришлось даже купить книгу-пособие «Как правильно есть палочками»…

За регулярным потреблением продукции УЗПМ в столице следит Гивриз Санакоев, глава Департамента Федеральной службы по надзору в сфере природопользования по Центральному федеральному округу. Когда зимой 2010/2011 гг. в Москве сократили расход продукции УЗПМ, он напомнил о нарушении в письме на имя А. Цыбина. Именно по требованию Минприроды в «Технологии-2011» указаны не просто применяемые реагенты, а их доли, причем в категорической форме запрещено изменять эти доли, хотя очевидно, что применение тех или иных реагентов зависит от погоды и реальных результатов их использования. Сейчас в «Технологии-2011» записано, что реагенты УЗПМ должны составлять не менее 70% от твердых ПГМ. Более того, в документе разрешено заменять жидкие реагенты твердыми, но не наоборот.

Антон Кульбачевский, бывший сотрудник Юрия Трутнева, вместе с Ю. Цыбиным разработали «Технологию-2011», которая не только переориентировала дорожные и коммунальные службы Москвы на использование продукции УЗПМ, но и в два с половиной раза увеличила объемы используемых солей. Закупки ПГМ выросли с 91,3 тыс. тонн в 2007/2008 гг. до 323 тыс. тонн в 2012/2013 гг. Москва тратила на ПГМ 1,2-1,3 млрд рублей в год, а стала тратить до 4,5 млрд рублей.

Е. Хромушин в ДЖКХиБ отвечает за базы по хранению ПГМ. Именно с его ведома на базах пять лет хранился СБГ, вместо того, чтобы вернуть его производителю, и город платил несколько сотен рублей с тонны за год хранения. С его же ведома на базы ДЖКХиБ сегодня завозится, хранится и используется в городе запрещенный в Москве галит.

С этой отработанной схемы, как предполагается, семейство Трутневых совместно с федеральными и московскими чиновниками получают ежегодный доход около пяти миллиардов рублей. Если посчитать себестоимость «Бионорда» даже с учетом всех «не более»/«не менее», выходит порядка 6 тыс. рублей за тонну, Цыбин закупает его за счет бюджета по цене от 18 до 21 тысяч рублей за тонну. Вот на эти «два пр0цента» и жили. Однако, судя по последним новостям оказалось мало. Схему решили оптимизировать, да и то, ведь стоимость закупаемого галита составляет всего 2,5 тысячи рублей за тонну, ну а радиоактивный СБГ так и вообще можно рассыпать бесплатно.

Агентство Политических Новостей

← Назад к списку сообщений